Есть писатели, которым суждено сыграть особую роль не только в истории родной литературы, но и в духовной жизни своего народа. В их творчестве со всей глубиной и ясностью запечатлевается национальный характер, прошлое и настоящее народа, его самые сокровенные, самые высокие идеалы и стремления. В армянской литературе таким художником стал Ованес Туманян. Еще при жизни его называли “Поэтом всех армян”. И сегодня популярность его велика; произведения пользуются любовью не только в Армении, но и далеко за ее пределами, везде, где живут армяне: слово поэта дышит запахом родной земли, пахнет дымом родного очага... “Поэзия Туманяна,- писал в 1916 году выдающийся русский поэт, друг армянской культуры Валерий Брюсов,- есть сама Армения, древняя и новая, воскрешенная и запечатленная в стихах большим мастером”.

На севере Армении есть край необычайной, величественной красоты - Лори: огромные горы, почти сплошь покрытые лесами; устремляющиеся ввысь мрачные утесы, приютившиеся у их подножия селения; внизу - разверзшееся глубокое ущелье, в котором с глухим и немолчным шумом течет горная река Дебет.

В Дсехе, в одном из селений Лорийского района, 19 февраля 1869 года родился Ованес Туманян. Отец его был сельским священником. “Самое дорогое и самое лучшее, что было у меня в жизни,- писал впоследствии поэт,- это был мой отец. Он был честный и благороднейший человек. Предельно человеколюбивый и щедрый, остроумный, веселый, общительный, он в то же время всегда сохранял какую-то глубокую серьезность”. Многое от отца унаследовал будущий писатель.
С юных лет познал Туманян полную горечи жизнь армянского крестьянина, проникся его думами и заботами, его мечтами. Он слушал и запоминал живущие в народе сказки и песни, притчи и предания... Все это вместе с величественными красотами родной природы органически вошло в его мир, стало неотъемлемой частью его духовной жизни, а позднее отразилось в творчестве. Плодотворная связь поэта с народом, народным творчеством сохранилась навсегда, хотя почти всю свою жизнь, с 1883 года, Туманян прожил вдали от родного села, в городе Тифлисе - политическом и культурном центре Закавказья.

Туманяну не удалось получить систематического образования. Он учился сначала в Лори, затем в одной из лучших армянских школ того времени, тифлисской семинарии Нерсисян, которую, однако, закончить ему не удалось. Не окончив двух последних классов, 16-летним юношей, он был вынужден покинуть Тифлис и вернуться к себе на родину, в Дсех. На том кончилось обучение. Вскоре прибавились и семейные заботы, которые отнимали много времени и сил у поэта, часто находившегося в тяжелых материальных условиях. Туманян женился в девятнадцать лет и имел десять детей. Нужда на первых порах заставляла его служить в консисториях различных учреждений, в которых обычно царила атмосфера угодничества и лести, особенно ненавистная ему, выполнять однообразную, нудную работу. В середине 90-х годов Туманян навсегда оставляет службу, о которой вспоминал потом как об “аде”, чтобы отдаться целиком литературному труду.

Несмотря на неблагоприятные условия жизни, Туманян упорно занимался самообразованием и достиг больших результатов. Он великолепно знал творчество Шекспира, к которому относился с особым благоговением, поэзию Байрона, Пушкина, Лермонтова; прекрасно разбирался в мировом фольклоре, особенно в эпосах и сказках народов мира. Глубокое и безошибочное чутье народного поэта всегда помогало ему правильно ориентироваться в вопросах истории культуры, избегать каких бы то ни было чужеродных влияний. “Я всегда имел верного, надежного путеводителя: свою интуицию”,- говорил поэт.
Туманян начал писать уже в 10-11 лет, но как поэт получил известность в 1890 году, когда вышел в свет его первый стихотворный сборник. Уже в этой ранней книге достаточно четко выявилось то новое, что нес Туманян в своей поэзии.
Для современников это новое проявилось более наглядно и ощутимо лишь спустя десятилетие, в начале 900-х годов, когда Туманян, в корне переработав свои ранние произведения и написав ряд новых, предстал перед общественностью как сформировавшийся художник, несущий в литературу качественно новое начало.

В чем же выразилось это качественно новое начало, определившее последующий этап развития армянской поэзии, который по праву называется туманяновским? Конечно же, не в изменении внешних поэтических форм, где Туманян часто кажется сугубо традиционным,- а в самом принципе подхода к поэзии, к отображению жизненных явлений. Туманян намного приблизил поэзию к народу; источником вдохновения стали для него самые, казалось бы, незначительные, обыденные явления народной жизни. Герои его стихов, рассказов и поэм - обыкновенные люди деревни, начисто лишенные какой-либо исключительности. Но поэт наделил своих героев несокрушимой силой духа, красотой и богатством чувств, мудростью и глубиной. Жизнь их сурова: довлеют неписаные патриархальные законы, предрассудки; гнетут несправедливости, царящие в деревне... В столкновении со всем этим часто гибнут трагически его герои. Глубоко и правдиво показав мрачную действительность, Туманян одновременно обнаруживает и раскрывает в своих героях подлинную поэзию, чистоту чувств, честность, неугасимое стремление к справедливости. Образы, созданные Туманяном, волнуют читателя и сегодня не своей бытовой достоверностью, а в первую очередь заключенными в них большими человеческими страстями, психологической тонкостью и правдой.

Среди произведений, рисующих современную поэту действительность, особенно любимы и популярны его поэма “Ануш” и рассказ “Гикор” (“Ануш” часто называют вершиной туманяновской поэзии, “Гикор” - прозы). Поэма “Ануш” - о трагической любви молодого пастуха Саро к девушке Ануш. Поэт раскрывает душевное богатство героев, высокий драматический накал их чувств: здесь и безмерная преданность друг другу, и юношеская самозабвенность, и готовность к самопожертвованию... Глубоко изображая духовный мир героев, Туманян вместе с тем дает в поэме широкие картины жизни парода, рисует его быт и нравы, горести и радости, миропонимание - словом, раскрывает национальный характер народа, его психологию. Не случайно В. Брюсов заметил, что для читателей другого народа знакомство с поэмами Туманяна (например, с его “Ануш”) дает больше в познании Армении и ее жизни, чем могут дать толстые тома специальных исследований. В “Гикоре” рассказывается о 12-летнем деревенском мальчике, который попадает в город и погибает там в среде черствых и жестоких людей. Весь рассказ пронзительно драматичен, овеян особым лиризмом; светом и глубокой печалью одновременно...

До Туманяна в армянской литературе не умели извлечь поэзию из самого, казалось бы, непоэтического, обыденного, не владели искусством раскрытия сложных человеческих характеров во всей их трагичности и красоте.

Особенно большой вклад внес Туманян в развитие армянской эпической поэзии. Поэзия армян, имеющая богатейшие многовековые традиции, особенно сильна была своей лирической стороной. Это относится и к гениальному поэту Х века Григору Нарекаци, и к замечательному поэту средневековья Наапету Кучаку, и к великому певцу любви Саят-Нове (XVIII в.), и, наконец, к выдающимся поэтам XIX века, которые творили до Туманяна (П. Дурьян, И. Иоаннисиан). Поэтический талант Туманяна воплотился прежде всего в эпических картинах, в обрисовке острых, драматических ситуаций и ярких, сильных характеров. Его многочисленные баллады и поэмы по богатству выраженного в них жизненного содержания, по философской глубине и совершенству формы стоят в одном ряду с лучшими образцами эпической поэзии мировой литературы.

Как истинный художник Туманян никогда не занимался назиданием, морализаторством. На всем его творчестве лежит печать философского раздумья. Поэта постоянно тревожили извечные вопросы жизни и смерти, смысла существования человека, связи его с природой... Туманян любил “уноситься мыслью в беспредельность”, стремился постичь волнующие его философские вопросы, проникнуть в “тайны вселенной”... В этом смысле особенно значительны его поэма “В беспредельность” и четверостишия, написанные в последние годы жизни. В четверостишиях сконцентрировался весь человеческий и художнический опыт Туманяна. Эти миниатюры согреты большими чувствами, из которых и рождаются его глубокие раздумья о человеке, его судьбе и призвании... Одна из основных мыслей поэта-гуманиста - в том, что человек по своей нравственной сущности должен быть достоин гармонии и красоты природы.

Коль есть свобода и любовь, нужны ль иные блага?
Чего ж ты ищешь, и без мук не ступишь ты и шага?
Глупец, когда настанет час, чтоб ты, не мучась, мог
Взять все, чем мы одарены пусть на недолгий срок?

(Пер. Н. Гребнева)

После Григора Нарекаци ни у кого из армянских поэтов нельзя найти такого богатства философского содержания, как у Туманяна.
Туманян более чем кто-либо из своих предшественников открыл в армянскую литературу доступ фольклору разных народов, творчески используя его образы, сюжеты, мотивы. Однако поэт не был имитатором народного творчества: он отбирал материал из различных фольклорных источников, переплавляя его по-своему и создавал совершенно новое произведение, связанное множеством нитей с фольклорными образцами, но не повторяющее в точности ни один из них. В каждую свою литературную обработку народных произведений Туманян всегда вкладывал свои сокровенные идеи и идеалы. На основе нескольких вариантов армянского эпоса он написал поэму “Давид Сасунский”, которая и по сей день остается лучшей художественной обработкой народного эпоса армян. Используя историческое предание, Туманян создал один из своих шедевров - “Взятие крепости Тмук”, поэму о том, что есть истинная красота и в чем подлинное бессмертие человека, поэму о патриотизме и силе любви, способной вдохновить на подвиг... Жемчужиной поэзии является и “Парвана” Туманяна - баллада, где, используя легендарный сюжет, поэт утверждает идею вечного стремления человека к совершенству... К народным истокам восходит множество других его баллад и сказок. Лучшей туманяновской сказкой, по всеобщему признанию, является “Храбрый Назар” - сказка, которую поэт написал, используя около двадцати вариантов той же темы, причем не только армянских вариантов. В ней высмеиваются люди, создающие себе кумиров из ничтожеств и возводящие их в правителей. А правители эти потом разжигают войны, творят насилие и произвол, обрушивают тысячи бед на голову народа. Сказка отличается острым сатирическим звучанием, богатством метких, остроумных деталей и наблюдений, глубиной и мудростью. Сам Туманян, который всегда очень скромно оценивал свои творческие заслуги, говорил, что он готов представить эту сказку на суд всему литературному миру. И действительно, “Храбрый Назар” принадлежит к лучшим образцам жанра сказки в мировой литературе.

Туманян в корне изменил господствующие до него в литературе представления о поэтическом слове. Он отказался от ложной многозначительности, патетики, условности. “Искусство должно быть ясным, прозрачным как глаз и как глаз сложным”,- говорил поэт, и все его творчество - живое воплощение этой мысли. Туманяновское слово удивительно просто, естественно и в то же время поэтически вдохновенно и прекрасно, мудро и глубоко; оно идет от живой стихии народного языка. Но случайно поэтому десятки фраз и выражений из произведений Ованеса Туманяна органически вошли в повседневную жизнь народа, стали афоризмами. Все это и сделало Туманяна величайшим национальным поэтом армянского парода. Другой крупнейший армянский поэт, Аветик Исаакян, писал о Туманяне:
“Как поток спустился он с диких гор легендарного Лори, принеся с собой целый мир природы, пышный и многообразный; древний народ с его песнями и словом, чувствами и воображением. И как великая созидательница-природа, раскрыл он перед нашей душой искреннюю, неподдельную поэзию. Мутным был сначала этот стихийный поток, но, со временем высветляясь, обрел кристальную чистоту и вылился в те прекрасные легенды и поэмы, которые составляют вечную славу и никем не превзойденную вершину нашей литературы”.

Туманян глубоко понимал ту истину, что в искусстве национальное и общечеловеческое тесно связаны между собой, и что только при изображении жизни, национального характера родного народа можно выразить такие мысли и идеалы, которые будут близки и понятны всем народам. Сам поэт говорил: “Чем ближе будет писатель к своему народу, чем больше углубится он в его фольклор, тем больше его величие, общечеловеческое значение его творчества”. Ярким подтверждением правоты этих слов является наследие самого Туманяна. Он создал шедевры, в которых увековечил высокие общечеловеческие стремления - возвышенные мечты о счастье и справедливости, о прекрасном и совершенном. И если сегодня Туманян сравнительно мало знаком мировому читателю, то причина этого - в том, что многие его произведения еще не нашли адекватного художественного воплощения в переводах.

Туманян никогда не был кабинетным поэтом, он постоянно находился в гуще жизни, в центре всех важных событий своего времени. А это было время бурных потрясений: межнациональные распри на Кавказе, первая мировая война, геноцид армян в Турции, революции, гражданские войны... Туманян не был бы Туманяном, если бы смог оградить себя от всего этого и заниматься одной поэзией. Надежды и страдания народа находили тысячи отголосков в его сердце. “Со всеми вместе я живу и мучаюсь, страдаю за всех”, - писал он. И - еще один пример неразрывной связи поэта с народом:

Туманяна не возможно не любить.


Четверостишия

Устал метаться меж двумя мирами,
Как между мельничными жерновами,
Метаться между прежними царями
И нынешними новыми друзьями.

* * *

В лугах - концерт невидимых певцов,
Их голоса летят со всех концов.
Сверчки мои, кто вам теперь внимает,
Кто любит вас в краю моих отцов?

* * *

Как много скорби и смертей в моем печальном сердце,
А сколько было вас, друзей, в моем печальном сердце.
Я знаю: в мире смертны все, придет и мой черед,
И смерти страх в груди моей, в моем печальном сердце.

* * *

Зачем бегу, зачем себе я лгу,
Что от людей куда-то убегу?
Я связан с ними тысячами нитей,
Не разделять их боли не могу!

* * *

Я видел все: предательство и зло.
Бывало - и меня коварство жгло.
Но я любил, смотрел прощавшим взглядом,
Мне часто было и во тьме светло!

* * *

Кто ни сжигал меня: и друг, и враг!
Горел я, озарял собою мрак.
Покуда мог - свет отдавал я людям,
Свет даровал, покуда не иссяк.

Замечательные строчки.

Да, действительно.... вот еще несколько


Как много скорби и могил в моем усталом сердце!
Я стольких близких схоронил в моем усталом сердце.
Я и припомнить не могу в жестокий этот час,
Чтоб свет когда-нибудь светил в моем усталом сердце.

* * *

Я много видел горя, много зла,
И все-таки душа моя светла.
О свет души, один ты озаряешь
Дорогу, что мне под ноги легла.

* * *

Невидимый досель, неведомый Поэт,
Ты песнь поешь без слов, лишь излучая свет.
Я — из немногих, кто твоей внимает песне,
В моей душе — ее неизгладимый след!

* * *

Ты озаряешь все: и явь мою, и сон,
Хоть я давно уже на гибель обречен.
Случается порой, что солнце освещает
И почерневший ствол, что молнией сожжен!

* * *

Когда берешь Ты из того, что мне Тобой дано,
Я понимаю: у меня богатств еще полно.
Я знаю: дух Твой всемогущ, щедра Твоя десница,
Как много надо мне вернуть, чтоб нам соединиться!

Жизнь без Поэтов - неполна...

А кто-нибудь бывал в Дсехе?Дом-музей Туманяна видели?Там такая природа...Неудивительно,что она родила такого поэта.И тем более горько было,когда несколько лет назад музей обворовали...

Հին օրհնություն

Կանաչ, վիթխարի ընկուզենու տակ,
Իրենց հասակի կարգով, ծալպատակ,
Միասին բազմած,
Մի շըրջան կազմած,
Քեֆ էին անում
Եվ ուրախանում
Մեր հըսկա պապերն ու մեր հայրերը՝
Գյուղի տերերը։

Մենք, առույգ ու ժիր գեղջուկ մանուկներ,
Երեք դասընկեր,
Նըրանց առաջին գըլխաբաց կանգնած,
Ձեռքներըս խոնարհ սըրտներիս դըրած,
Զի՜լ, ուժեղ ձայնով նըրանց ըսպասում—
Տաղ էինք ասում։

Երբ զըվարթաձայն մեր երգը լըռեց,
Մըռայլ թամադեն բեղերն ոլորեց,
Նըրա հետ վերցրին լիք բաժակները
Բոլոր մեծերը
Ու մեզ օրհնեցին.— «Ապրե՛ք, երեխե՛ք,
Բայց մեզ պես չապրեք...»

ժամանակ անցավ, նրանք էլ անցան,
Զըվարթ երգերըս վըշտալի դարձան.
Եվ ես հիշեցի մեր օրը լալիս,
Թե մեզ օրհնելիս
Ինչու ասացին.— «Ապրե՛ք, երեխե՛ք,
Բայց մեզ պես չապրեք...»

Խաղաղությո՜ւն ձեզ, մեր անբա՛խտ պապեր,
Ձեզ տանջող ցավը մե՛զ էլ է պատել։
Այժըմ, տըխրության թե քեֆի ժամին,
Մենք էլ՝ օրհնելիս մեր զավակներին՝
Ձեր խոսքն ենք ասում.— «Ապրե՛ք, երեխե՛ք,
Բայց մեզ պես չապրեք...»