«Двадцать жизней Шаварша»
Прошло уже 32 года, а этот осенний сентябрьский день Шаварш Карапетян помнит до сих пор. А как его забудешь, если он разделил жизнь Шаварша на две части. До 16 сентября 1976 года он семикратный чем¬пион СССР, 13-кратный чемпион Европы и 17-кратный чемпион мира по подводному плаванию, случай не¬виданный для горной Армении. А после - больной, по сути, человек, работающий тренером. После рас¬пада СССР - вообще скиталец по миру. А о его подви¬ге помнят разве что пожилые люди, да журналисты, кто о нём писал...В тот день было холодно и ветрено, но Шаварш вместе с братом Камо всё-таки решили совершить ут¬реннюю пробежку. Их путь лежал по дамбе Ереванс¬кого водохранилища. Они пробежали всю дамбу, когда услышали за спиной страшный скрежет и гро¬хот. Обернувшись, они увидели жуткую картину: красный троллейбус съехал с дамбы в водохранили¬ще и медленно под истошные вопли пассажиров и прохожих погружался в воду, причём течение отно¬сило его всё дальше от берега. Решение созрело мгновенно. Спасать! Счёт пошёл на секунды. Сбрасы¬вая на ходу одежду, Шаварш бросился в холодную воду. Трагизм ситуации удваивал силы. Подплыв к месту, где лежал, уткнувшись носом в ил, троллей¬бус и нырнув, Шаварш с трудом разглядел его силуэт, почти начисто скрытый тучами песка и мусора, под¬нявшегося со дна. Каким то чудом ему удалось доб¬раться до лестницы ведущей на крышу троллейбуса. Вцепившись в неё руками, спортсмен вышиб заднее стекло, проник в салон и сразу же наткнулся на человека...
Вот так случается в жизни. Разве предполагал кто-нибудь из пассажиров троллейбуса, именно с данным водителем случится сердечный приступ. Роковая слу¬чайность? Да. Но она поставила людей на грань жиз¬ни и смерти. И теперь спасти их могло только чудо. И оно свершилось. Как это не парадоксально, но единственным человеком во всей Армении, который их мог бы спасти был Шаварш Карапетян. И по чудес¬ному стечению обстоятельств именно он, а не кто иной оказался на месте трагедии.
...Человек был без сознания, не сопротивлялся, и Шаварш, протолкнув его в разбитое окно, вынес на поверхность и подтащил к берегу. Отдышавшись и оценив обстановку, он понял, что и дальше действо¬вать придётся ему одному. Зевак было много, прибы¬ло оцепление, но реальной помощи ждать было неоткуда. Между тем Шаварш вновь ушёл в глубину и через пару минут вынырнул со вторым челове¬ком. Так методично ныряя и выныривая, он вытащил пятерых. Тем временем к месту трагедии приплыли байдарочники и люди на моторной лодке, «Ребята! Нужны акваланги! Где спасатели? У них они должны быть!» - кричал Шавшар. Подвезли акваланги. «Ну, теперь дело пойдёт», - обрадовался Шавшар. Однако ликовать было рано. В баллонах не оказалось кисло¬рода, не говоря уже о загубниках, лёгочных аппара¬тах. Пришлось надеяться на собственные лёгкие, да на острое зрение. А тут еще новая беда. Его стало одо¬левать удушье. Шавшар только сейчас сообразил, что
в горячке допустил оплошность - своевременно не вы¬полнил гипервентиляцию. То есть, попросту говоря, не сделал перед первым погружением несколько глубоких вдохов, чтобы как следует прочистить лёгкие. Но он продолжал нырять и вытаскивать из троллейбуса тела, хотя каждое погружение из-за резкого наступления удушья давалось с большим трудом. Нырнув в очеред¬ной раз, он долго не возвращался на поверхность, так долго, что люди на берегу в страхе подумали, что он уто¬нул. Но вот в толпе пронёсся вздох облегчения - на по¬верхности вновь появился Шавшар, весь в крови, сса¬динах, но с человеком. Оказалось, что на глубине он сам на какое-то время потерял сознание и лишь неимовер¬ным усилием воли превозмог себя и вынырнул на по¬верхность вместе с очередной жертвой трагедии. Подъ¬ехали подъёмные краны, чтобы поднять троллейбус. Но кто будет заводить трос? Шавшар опять полез в воду, потому что за пролетевшие, как одно мгновение, сорок пять минут изучил этот проклятый троллейбус вдоль и поперёк. Он взял конец троса, нырнул, завёл его в раз¬битое окно, закрепил. Вынырнув, забрался в лодку и впал в забытье, укрывшись одеялом. Он уже не видел, как кран медленно вытащил троллейбус на дамбу. С это¬го момента началась его вторая жизнь, потому что, вы¬тащив двадцать человек из лап смерти, он сам оказался перед её лицом.
В больнице, куда отвезла Шаварша «скорая», врачи установят двустороннее воспаление лёгких и заражение крови. В Ереванское озеро сливали всю городскую кана¬лизацию, и через порезы, полученные от разбитых стё¬кол, Шаварш подхватил сепсис. Долгие месяцы он возв¬ращался к жизни, а когда опасность миновала, спросил врачей, может ли он вернуться в большой спорт. Ника¬ких гарантий доктора дать ему не смогли, потому что после таких «заплывов» пребывание в холодной воде могло привести к трагедии.
Но Шаварш вернулся - вернулся на свой страх и риск, установил ещё один мировой рекорд, но, как сам впос¬ледствии говорил, понял, что лёгкие у него уже не те. Страна оценила его подвиг скромным орденом «Знак почёта», а генеральный директор ЮНЕСКО вручил Шаваршу наградной знак «Фэйр плей». Обычно этот приз вручается спортсменам, проявившим высочайшее благородство на спортивной площадке. Но члены МОК и ЮНЕСКО сочли возможным таким образом отметить подвиг советского пловца.
Когда Шаварша Карапетяна спрашивают, не жалеет ли он о том, что с ним случилось, он ответил, что жалеет только об одном: были бы акваланги, он спас бы всех.
В. ЕВСЕЕВ
